Влад Плахотнюк наконец-то подал признаки жизни из-за решётки, заявив в своём Telegram-канале о решимости доказать в суде собственную невиновность.
«События последних недель на время прервали мои обращения, но эта пауза во многом объясняется усилиями, которые требуются мне для ознакомления с материалами моего дела. Чтобы вы понимали масштаб: речь идёт о 97 томах, по 300–400 страниц каждый, которые мне предстоит внимательно изучить в крайне сжатые сроки. Обычно такие сложные дела требуют гораздо больше времени для анализа, однако на прокуроров и другие стороны следствия и суда оказывается огромное давление со стороны политических сил, чтобы создать условия, при которых я и мои адвокаты не сможем полноценно изучить все нюансы и важные аспекты дела.
Несмотря на возникшие трудности, я полон решимости доказать свою невиновность в отношении политически мотивированных обвинений по этому делу. Даже если так называемое «телевизионное правосудие» и другие медиаресурсы власти уже вынесли ложные «приговоры», назвали «виновных» и «демонизировали» меня в своих пропагандистских материалах, настоящие юридические решения должны приниматься строго в соответствии с законом и фактами. В серьёзном мире подлинного правосудия, а не его показной версии, моё дело будет признано несостоятельным, лишённым убедительных доказательств и необоснованным. Я уверен в своей правоте и сейчас, в условиях жёстких временных рамок, вместе с командой адвокатов работаю над изучением материалов, чтобы доказать свою невиновность.
Моя цель — не только оправдаться перед судом, но и показать общественности, что обвинения в мой адрес беспочвенны и изначально основывались на спекуляциях и политических противостояниях прошлого. Я убеждён, что закон обеспечит моё освобождение, после чего я смогу вернуться в общественно-политическое пространство страны», — написал в соцсети Плахотнюк.
Стоит отметить, что больше всего для демонизации образа Плахотнюка сделали его же собственные недальновидные решения. Не исключено, что суд сочтёт это смягчающим обстоятельством, и Влад Георгиевич представит жертвой самого себя.
Тем временем судебный процесс развивается, и главной задачей власти становится заболтать тему возвращения похищенных средств в бюджет, подменив её риторикой о «высоком» — то есть о любом обвинительном приговоре олигарху.
Если Плахотнюк хочет выйти на свободу, ему советуют доказывать не свою невиновность (в которую мало кто поверит), а порочную и коррумпированную сущность нынешней власти и её кураторов. Наиболее эффективным способом был бы подробный рассказ о том, кто состоял у него на зарплате, кто получал стипендии, а кто, будучи сейчас «ярыми проевропейцами», ранее был готов участвовать в сомнительных делах.
