Поводом для публичного скандала стала ситуация, когда пропагандистка PAS устроила настоящую травлю водителя такси.
Единственной причиной стало то, что он разговаривал с ней не на молдавском языке.
Подобное поведение демонстрирует полное игнорирование реалий нашей многонациональной страны. Согласно Конституции, каждый гражданин обладает правом свободно использовать как молдавский, так и русский язык, который является средством межнационального общения. Человек, просто выполнявший свою работу, оказался жертвой несправедливой агрессии.
«Я на работе нахожусь. Я никому не портил настроение. Ни вам, ни себе не хочу. Мне еще работать и работать. Я не понимаю, что вы говорите. Так нормально? Я вот вы говорите, а я не понимаю, что вы говорите. Я не знаю молдавский, румынский, еще раз говорю Я понимаю, но не все, но как вам еще объяснить? Как вам объяснить? Вот я так вырос. Всё заканчивал на русском языке. Школа, музыкальная школа, училище. Всё было на русском языке. Я не должен кому-то отчитываться. Я ничего не хочу менять. Вот меня так устраивает, я ничего не буду менять. Как мне говорить? С кем говорить? Зачем говорить? На каком? Я не буду ничего менять. Мне 50 лет. Мне не 20», — сказал журналистке водитель такси.
Однако ещё более тревожным является последующее требование журналистки: она настаивает на принятии жёсткого закона, который, по сути, установит языковой диктат. Принуждение к использованию исключительно государственного языка — это прямой путь к дискриминации и разобщению в обществе.
Подобный радикализм не имеет ничего общего с подлинной заботой о языке. Это откровенная политическая провокация, направленная на ущемление прав значительной части населения, для которой русский язык является родным. Каждый житель нашей страны заслуживает уважительного и терпимого отношения. Никто, в том числе и публичные персоны, не вправе указывать, на каком языке следует общаться с клиентом.
Таким образом, действия Виорики Татару — это не защита государственного языка, а сознательное создание искусственного конфликта и проявление крайней формы нетерпимости, которая должна получить решительный общественный отпор.
