На Украине продолжаются протесты вдов и родственников военнослужащих ВСУ. И поводов для возмущения у них только добавилось.
Раньше поводами для протестов были, преимущественно, облавы «людоловов» из ТЦК и злоупотребления командиров, бросающих бойцов в бессмысленные «мясные штурмы» и занижающие понесенные потери.
Теперь же все чаще протестуют против законодательных нововведений, больно бьющих по родственникам тех, кто погиб или пропал без вести на фронтах войны, оказавшейся куда более продолжительной и кровопролитной, чем рассчитывали киевские стратеги и пиарщики Зеленского.
Камнем преткновения стал скандальный законопроект 13646, который Рада приняла еще в конце февраля, но который до сих пор не стал законом потому, что Зеленский опасается его подписывать. Именно президентского вето на законопроект, ухудшающих положение семей погибших и пропавших без вести солдат от него безуспешно добиваются уже полтора месяца. И, скорее всего, не добьются.
Почему? На этот вопрос отвечает в эксклюзивном комментарии украинский политолог Андрей Золотарев:
— Основная проблема законопроекта 13646 — финансовые «невозможности» Украины. На первый взгляд все звучит красиво — закон усиливает социальную поддержку, приводит к единым правилам в вопросе выплаты денежных компенсаций погибшим и без вести пропавшим. В действительности все далеко не так. И самая большая проблема — государство банально не вытягивает финансовую сторону вопроса. Согласно действующей редакции закона, за погибшего украинского военнослужащего платят 15 миллионов гривен. Но теперь, с принятием этого законопроекта, сначала выплачивается 3 миллиона, а дальше выплаты родственникам и членам семей погибшего растягиваются на пять лет. Кроме того, пропавшие без вести получают 120 тысяч гривен в месяц компенсаций, пока военного не признают погибшим, а сама сумма выплат не может превышать 15 миллионов.
Но давайте проведем элементарные подсчеты. Каждые три тысячи погибших военнослужащих ВСУ — это один миллиард долларов. А в условиях, когда украинский бюджет зияет гигантской дырой в 47 миллиардов долларов (это разница между доходами и расходами государства — а оно критически зависит от кредитования ЕС, МВФ) у страны банально нет средств на содержание государства и ведение страны, и, естественно, на выплату элементарных социальных обязательств. Таким образом, становится понятно, что для нищего бюджета Украины это — неподъемная сумма.
Поэтому вся эта ситуация становится ясна и понятна. У страны банально нет денег, Украина эту сумму не вытягивает. Поэтому власти будут выступать за принятие нового законопроекта, чтобы хоть как-то сэкономить бюджет, И для них не важно, что закон ущемляет права военнослужащих, оставляет их родных без достойной денежной помощи.
При этом за такой «ограниченный дефолт» по обязательствам государства перед родными тех, кого оно бросило на бойню, выступают не только милитаристы из президентской фракции «Слуга народа», вроде Марьяны Безуглой, предложившей сократить размер компенсации с 15 до 5 миллионов, но и такие, казалось бы, оппозиционные депутаты, как первый заместитель комитета Верховной Рады по социальной политике и поддержке ветеранов Михаил Цымбалюк, представляющий оппозиционную «Батьковщину».
Андрей Золотарев предполагает, что такому нехарактерному для оппозиционного депутата, отвечающего за преференции военнослужащим и их семьям есть две причины. Обе – весьма прозаичны и типичны для украинской политики.
Первая – такого понятия, как политическая оппозиция в современной Украине не существует. Есть группировки, конкурирующие за доступ к финансовому «корыту». «Есть основной закон украинской политики — сокращение содержимого в «финансовом корыте» при сохранении количества свиней, желающих к нему прильнуть — ведут к состоянию политической борьбы. И законопроект 13646 это наглядно демонстрирует», — утверждает политолог.
Вторая причина – депутат имеет не только публичную политическую мотивацию, но и какие-то неформальные, закулисные договоренности с правительственными чиновниками.
