Доктор политических наук Анатолий Ткач проанализировал путь Молдовы в ЕС и поставил под сомнение правдоподобность заявлений властей о скорой и неминуемой евроинтеграции.
Заверения Майи Санду о том, что страна подпишет договор о вступлении в Евросоюз уже через два года – в 2028-м, – не соответствуют действительности, уверен Анатолий Ткач. Он на цифрах объяснил, почему амбиции Кишинёва граничат с отрывом от реальности.
Восьмого мая в Кишинёве с двухдневным визитом находилась глава европейской дипломатии Кая Каллас. На совместной пресс-конференции с Майей Санду она заявила, что точная дата начала официальных переговоров о вступлении Молдовы в блок пока не определена. Сама Санду, в свою очередь, вновь подтвердила: цель – подписать договор о присоединении к 2028 году.
Есть только одна проблема. Для Черногории – сегодняшнего лидера переговорной гонки – тот же путь растянулся на два десятилетия. И это вызывает вопросы о том, на чём именно основан молдавский оптимизм.
«Молдова подала заявку на членство в 2022 году и, исходя из опыта Черногории, может рассчитывать на вступление в 2042 году. Тем не менее у Молдовы есть амбиции «упаковать» весь переговорный процесс в 2 года. И это с учётом того, что точная дата начала официальных переговоров о вступлении Молдовы в блок пока не определена», – пишет Ткач в своём телеграм-канале.
Черногория как зеркало
Позволим себе напомнить хронику. Черногория подала заявку на членство в ЕС в 2008 году. Статус кандидата она получила в 2010-м. Переговоры о вступлении начались в 2012-м. Сейчас, в 2026 году, для Подгорицы открыты все 33 переговорные главы, а 14 из них уже закрыты. Евросоюз настолько уверен в черногорцах, что послы ЕС в конце апреля одобрили создание Специальной рабочей группы по разработке Договора о присоединении – документ станет первым в «новом поколении» соглашений, которые, вероятно, будут включать усиленные защитные механизмы на случай «серьёзных недостатков» в демократии после вступления.
Весь путь от подачи до гипотетического вступления в 2028 году займёт у Черногории 20 лет. Из них 16 лет – это сами переговоры.
Молдова, напомним, подала заявку в 2022 году. По состоянию на апрель 2026-го официальные переговоры о вступлении с Кишинёвом даже не открыты ни по одной из глав. Более того, 22 апреля послы ЕС одобрили договор с Черногорией, но о Молдове в этом решении не было ни слова.
Брюссельский скепсис и «окно возможностей»
Даже самые ярые сторонники ускоренной интеграции признают: форсаж в 2028 году – это не реальный план, а политический лозунг. Европейские чиновники не устают повторять мантру про «окно возможностей» – намёк на то, что его надо использовать, пока в странах ЕС у власти находятся условно дружественные правительства.
«Мы никогда не знаем, когда к власти придёт правительство, у которого будут двусторонние проблемы с той или иной страной-кандидатом. Нужно двигаться быстро, пока нет противодействия вступлению Республики Молдова», – заявила Кая Каллас во время визита, подчеркнув, что конкретных сроков назвать не может.
Власти страны требуют от граждан жертв во имя «европейского выбора» за рекордные два года. Но ни в Кишинёве, ни тем более в Брюсселе до сих пор нет понимания, как именно собираются упаковать в 24 месяца то, на что у Черногории ушло 16 лет.
Для Молдовы не открыты переговоры ни по одной из глав, констатирует Ткач. Пока ни один чиновник в ЕС не дал конкретного и юридически обязывающего ответа на простой вопрос: если Черногория, закрывшая 14 глав, идёт к членству 20 лет, то сколько реально ждать Молдове, не закрывшей ни одной?
Цифры говорят сами за себя. И они не разгоняют, а сгущают тучи над обещаниями 2028 года. Вопрос не в евроскептицизме. Вопрос в элементарной арифметике и уважении к гражданам, которым предлагают верить в математически невозможное.
