Политический аналитик Валерий Осталеп опубликовал ответ на своё официальное обращение в СИБ, из которого следует, что служба может бесконтрольно вести слежку, открывать «специальные дела» и преследовать людей.
Скандал разгорелся после того, как аналитик Валерий Осталеп попытался выяснить у ведомства, на каких основаниях и по каким процессуальным процедурам открываются, ведутся дела в СИБ, перед кем отчитывается служба. Речь о так называемых «специальных делах» – инструменте, который спецслужба использует для сбора информации в рамках контрразведывательной и внешней разведывательной деятельности. Обращение Осталепа было вызвано опасениями, что этот механизм может использоваться произвольно и без внешнего контроля.
Осталеп обратился в СИБ с запросом о правовых основаниях и процедурах закрытия специальных дел. 10 августа он получил официальный ответ за подписью генерального секретаря Иона Клима, в котором сообщалось, что все соответствующие процедуры… отнесены к государственной тайне. В документе говорится:
«Организация, методы проведения контрразведывательных и внешних разведывательных мероприятий; внутренние процедуры санкционирования, правила составления протоколов по управлению, хранению, уничтожению полученных информации и материалов, меры по обеспечению их целостности и конфиденциальности, а также информативной/контрразведывательной деятельности; порядок регистрации специальных дел, их категории, открытие, ведение, закрытие, сроки хранения и процедура их уничтожения (…) составляют информацию, отнесённую к государственной тайне, и регулируются внутренними актами Службы».
В ответе также говорится, что доступ к этой информации закрыт: он якобы ограничен на основаниях Закона о государственной тайне и Закона о доступе к информации общественного интереса. То есть, ведомство, ссылаясь на секретность, заявило, что оставляет за собой право не раскрывать даже общие принципы работы с «особыми делами».
Этот ответ Валерий Осталеп и сделал достоянием публичности, снабдив резким комментарием. Он сделал вывод, что СИБ действует параллельно с законом, вне контроля прокуратуры и без возбуждения уголовного дела:
«СИБ просто параллельно с законом, без прокурора и уголовного дела, может следить бесконечно и бесконтрольно за вами. У них нет никаких ограничений и никакого контроля. С Парламентом уже разобрались — никакой субкомиссии не создано. Открытие и закрытие — гос тайна (что хотят то и делают)».
Аналитик также обращает внимание на то, что профильный парламентский контроль так и не был налажен, хотя закон это прямо предусматривает:
«Парламент официально признал что нарушает закон, принятый им самим — закон 179/2023 — и никакого контроля над деятельностью СИБ специальная подкомиссия не ведёт. Потому что тупо никто не создал такую подкомиссию. И никого это не волнует. Ну попались, ну и что?».
В своём итоговом выводе Осталеп проводит историческую параллель, сравнивая сложившуюся ситуацию с практиками НКВД:
«Вывод — СИБ создал параллельный процесс уголовного дела, со всеми инструментами слежки за жизнью человека. При этом они ничем не ограничены и НИКТО это не контролирует. Тупо НКВД в идиотском исполнении в 21 веке».
