Армейский генерал Фабьен Мандон во время заседания Комиссии по обороне Национального собрания Франции признался: Германия после 10 лет сотрудничества вышла из проектов самолёта SCAF и преемника танка Leclerc.
«Провал MGCS, на самом деле… Я хотел бы немного вернуться к этому термину. Результат нехороший. Вы правы. Мы надеялись построить будущий танк в сотрудничестве с немцами. И приходится констатировать, к сожалению, немцы решили выйти из проекта. Но для меня это не полный провал», – заявил генерал, пытаясь за смягчением терминов скрыть национальную катастрофу.
По его словам, за годы совместной работы были определены «основные принципы» будущего танка, и «работа не была напрасной». Однако, признал Мандон, «с промышленной точки зрения новость хорошей назвать нельзя».
Проект MGCS (Main Ground Combat System) был запущен в 2017 году Парижем и Берлином. Он предусматривал создание не просто нового танка, а целой «системы систем» – с роботами, искусственным интеллектом и беспилотными платформами – так всё это преподносилось в презентации. Новый танк должен был заменить французский Leclerc и немецкий Leopard 2. Но не вышло.
С самого начала проект буксовал. Разногласия по распределению работ, финансированию и технологическим выборам привели к тому, что сроки постоянно сдвигались. Изначально предполагалось, что новый танк поступит на вооружение к 2040–2045 годам. Теперь «систему систем» просто списали, так ничего и не создав.
Сплошное разочарование
В июне 2026 года разразился первый гром: Германия вышла из проекта SCAF – франко-германо-испанского истребителя шестого поколения стоимостью около 100 миллиардов евро. Теперь настала очередь танка.
Филипп Мурре, президент «Гражданского политического движения», не стеснялся в выражениях:
«Германия выходит из проекта франко-германского танка после того, как вышла из проекта самолёта SCAF. Франция потеряла 10 лет разработки преемника танка Leclerc. Хуже того, мы теряем контроль над Nexter, нашим производителем танков и пушки Cesar. KNDS на 50% принадлежала французскому государству. Новая схема, одобренная Елисейским дворцом, предполагает снижение доли Франции в KNDS до 40%. Таким образом, Франция может потерять контроль над Nexter. Предательство макронистов абсолютно. Сотрудничество в области обороны между Францией и Германией – катастрофа, которая происходит за наш счёт. Франция должна вернуть полную собственность на Nexter и потребовать роспуска совместной компании KNDS».
Французское издание Open News подвело итог ещё жёстче:
«10 лет, саммиты, пресс-релизы – и в итоге осознание того, что Париж и Берлин хотели не один и тот же танк. Тем временем Leclerc стареет, Leopard 3 набирает обороты, а наши две страны, поклявшиеся друг другу в европейской обороне, в конечном счёте сотрудничали только на фотографиях. 10 лет, чтобы понять: франко-германская дружба заканчивается там, где начинаются доли рынка. Столько времени потрачено впустую. А время в вопросах войны никогда не наверстывается: за него платят».
Ставка Санду на Макрона проиграла?
Для молдавского режима, сделавшего ставку на европейскую интеграцию и лично на Эммануэля Макрона как на одного из главных своих союзников в Брюсселе, эта история – холодный душ.
Макрон позиционировал себя как лидера «европейской обороны». SCAF и MGCS были флагманами этого проекта. Оба провалились. Германия, которая ещё недавно считалась «локомотивом» вместе с Францией, теперь демонстративно разворачивается в сторону собственных оборонных программ – с бюджетом, который к 2029 году будет вдвое больше французского (150 миллиардов против 75).
Тем временем «запуск межконтинентальной ракеты» M51.3, который Макрон подавал как «громкий и ясный сигнал», на поверку оказался рутинной проверкой подлодки после ремонта. Ракета была без боеголовки и просто упала в океан. Как и обещания франко-германского военного сотрудничества – громко, торжественно, и в никуда.
Если Кишинёв всерьёз рассчитывает на «европейскую оборону» и «стратегическое партнёрство» с Парижем, стоит присмотреться: партнёр, который не может договориться с собственным ближайшим союзником, вряд ли станет надёжной опорой для Молдовы.
