Завтра Венгрия будет с помпой и размахом отмечать 70-летнюю годовщину «Венгерского восстания». Для участия в праздничных мероприятиях в Будапешт вылетела и Майя Санду.
Современная венгерская, а следом за ней и вообще западная историография пытается представить трагические события осени 1956 года, как спонтанное героическое восстание венгерского народа против кровавого режима «лучшего ученика Сталина» Матиаша Ракоши и его преемника Эрне Гёре.
Все ли так однозначно в этих оценках? Действительно ли кровавые события были спонтанными или уже тогда, 70 лет назад вовсю отрабатывались технологии «цветных революций», принесших так много зла в 21 веке.
Стоял 1956 год. События Второй мировой войны были еще у многих в памяти, но от былого боевого братства не осталось и следа. Мир погружался в Холодную войну, бывшие союзники разделились на непримиримые блоки, развернули гонку вооружений и на десятилетия погрузились в череду локальных конфликтов по всему миру.
Одним из таких локальных конфликтов и был мятеж в Венгрии. Никаким спонтанным он не был. Подготовка к нему в США была начата еще в конце 40-х. В 1948 году в соответствии с Директивой 10/2 Управлением спецопераций ЦРУ была разработана операция «Фокус», в рамках которой на дестабилизацию Венгрии было выделено 125 миллионов тогдашних долларов. В современных деньгах это составляет не менее 2 миллиардов – немало, чтобы поставить на уши разоренную войной небольшую восточноевропейскую страну.
В средствах тогда не стеснялись и исключительно «мягкой силой» не ограничивались. В соседней Австрии был создан «Международный комитет помощи Венгрии» во главе с бывшим руководителем Управления стратегических служб США генералом Д.Донованом. В Германии функционировали секретные тренировочные центры ЦРУ. В один из таких лагерей в октябре 1956 года, накануне мятежа прибыли бывшие эсэсовцы венгерского происхождения, которых тренировали люди бывшего гитлеровского генерала Рейнхарда Гелена, перешедшего после войны под контроль США, а к тому времени возглавлявшего названную его именем «Организацию Гелена» — первую разведслужбу ФРГ. В декабре того же года он официально возглавит германскую спецслужбу BND. Не исключено, что «заслуги» в Венгрии этому способствовали.
Но дело не только во влиянии Запада. В самом Советском Союзе тогда разворачивалась своя драма, сотрясавшая страны советского блока. Пришедший к власти Хрущев, сам активно участвовавший в сталинских репрессиях, начал кампанию борьбы с «культом личности», попутно зачищая своих политических оппонентов. Ценой этому стали испорченные на десятилетия отношения с Китаем и проблемы в Восточной Европе, самой острой из которых и стала Венгрия.
Жесткий сталинист Матиаш Ракоши попал в немилость к Кремлю, а в Будапеште обострились противоречия между «сталинистами» и «реформаторами». Этими противоречиями и воспользовались западные, в первую очередь американские, спецслужбы. Осенью 1956 года было введено в игру состоявшее у них на содержании и ждавшее своего часа «антисоветское подполье». Многие из этих «подпольщиков» начинали еще при Хорти и были замазаны кровью, но получили «индульгенции» от новых американских и немецких хозяев.
Параллельно находящиеся на американском казенном коште «вражьи голоса» вроде радиостанции «Свободная Европа» внушали венграм, что, стоит им восстать против коммунистов, как им тут же придет на помощь вся мощь НАТО. К середине октября весь хитроумный пазл сложился и началось…
Во второй половине месяца события разворачивались стремительно. Началось все, как водится, со студенческих протестов. 16 октября часть студентов университета провинциального Сегеда вышли из «Демократического союза молодёжи» (венгерский аналог комсомола) и возродили «Союз студентов венгерских университетов и академий», разогнанный ранее коммунистами. Его отделения тут же стали появляться в других городах и университетах.
22 октября к протестному движению присоединились студенты Будапештского технического университета (в то время — Будапештского университета строительной промышленности). Они сформулировали перечень из 16 политических требований и объявили о марше протеста в центре столицы. Марш прошел на следующий день и вылился в настоящие сражения с убитыми и ранеными с обоих сторон. После того, как мятежники разграбили оружейные склады, начальник Главного управления полиции Будапешта подполковник Шандор Копачи фактически объявил о капитуляции. Он безоговорочно выполнил все требования толпы, включая освобождение заключённых и снятие красных звёзд с фасада здания.
За несколько часов столица союзнической Венгрии погрузилась в хаос, а полиция самоустранилась от обязанностей по наведению порядка. Только после этого было принято решение о вводе советских войск. В Будапешт они вошли уже после обращения первого секретаря ЦК ВКП Эрнё Герё и Андраша Хегедюша, который за несколько часов до того был отправлен в отставку под давлением протестующих, но свою отставку не признал.
Фактически власть в Будапеште перешла к антисталинисту Имре Надю, который сначала пытался играть в «многовекторность», а потом и вовсе открыто перешел на сторону бунтовщиков и обратился к Западу с просьбой о всесторонней поддержке.
Тем временем, при попустительстве новых властей в венгерских городах начались погромы. Сотрудников госбезопасности, чиновников и просто сторонников СССР находили, убивали и пытали. Жертвами самосудов стали сотни человек.
«Инсургенты рыскали по улицам, отлавливая сотрудников госбезопасности. Их узнавали, разрывали на части или вешали за ноги, порой кастрировали. Пойманных партийных руководителей огромными гвоздями прибивали к полам, вложив в их руки портреты Ленина», -вспоминает очевидец.
Так, в крови и хаосе, рождалась новая диктатура. Уже не коммунистическая, а антикоммунистическая. Но долго просуществовать ей было не суждено. Спустя 3 недели кровопролития венгерский бунт был подавлен.
Что показательно, никакое НАТО на помощь мятежникам так и не пришло.
