В молдавской политике очередной виток противостояния: Сорин Гузган заявил о намерении защищать свои честь и достоинство в суде.
Сорин Гузган, о котором публично заявляли как о человеке, являющемся одним из организаторов сетей call-центров, официально уведомил лидера «Нашей партии» Ренато Усатого о намерении обратиться в суд.
Конфликт назрел после того, как Усатый публично обвинил Гузгана в причастности к сети call-центров , занимавшихся телефонным мошенничеством, а депутата раду Мариана – в лоббировании интересов Гузгана. Он также заявил, что Гузган появлялся в парламенте, когда там проходили слушания, касающиеся борьбы с телефонным мошенничеством.
«Этот Сорин Гузган приходит в комиссию. Я, честно, был в шоке, когда его увидел. Он сел у стены, за спиной у Чернэуцану и главы INI, рядом с начальником пенитенциарной системы. Раду был взволнован. Начался бойкот в зале со стороны представителей служб. Они возмутились: как человек, который сейчас находится в разработке у европейских спецслужб по делу о колл-центрах и мошенничестве, может находиться здесь на слушаниях? Был поставлен ультиматум: если он не выйдет, все представители служб уйдут», – рассказывал Ренато Усатый.
После этого глава общественного движения Олеся Стамате публично потребовала срочного созыва Совета национальной безопасности.
Гузган расценил эти заявления как прямую клевету, наносящую удар по его профессиональной репутации. В свою очередь, он заявил, что в ответ на обвинения написал официальное обращение в СИБ с просьбой уточнить, имеется ли в ведомстве какая-либо и информация, которая бы связывала его с деятельностью колл-центров. Он назвал «подделкой» доказательства, представленные Усатым в подтверждение существования организованной группировки лиц, причастных к мошенническим колл-центрам.
Гузган направил Усатому досудебную претензию с рядом требований. Помимо публичных извинений и опровержения, он настаивает на удалении всех материалов с оспариваемыми утверждениями и прекращении их дальнейшего распространения.
«Нижеподписавшийся, Сорин ГУЗГАН, адвокат, владелец Адвокатского кабинета «Сорин Гузган», направляю настоящую досудебную претензию на основании Закона № 64/2010 о свободе выражения мнения и Гражданского кодекса, в связи с публичными заявлениями, сделанными Ренато УСАТЫМ относительно моего предполагаемого участия в call-центрах, телефонных мошенничествах и проверках со стороны иностранных спецслужб», – сказано в преамбуле.
Гузган подчеркнул, что утверждения являются ложными, потому что, по его словам, он не имеет статуса подозреваемого, обвиняемого или подсудимого по какому-либо уголовному делу, касающемуся call-центров, телефонных мошенничеств, онлайн-мошенничеств или других подобных деяний. Ему также не сообщалось о существовании какого-либо уголовного преследования, и не существует никакого официального документа, который подтверждал бы обвинения, распространяемые публично, добавил он.
Примечательно, что адвокат Гузган, прекрасно владея юридической терминологией, обращает внимание на отсутствие статуса себя в качестве обвиняемого или подозреваемого, но не отрицает самой причастности к организации колл-центров. А именно в этом и обвинял его Усатый, в словах которого ни разу не было упоминания о том, что в отношении Гузгана начата проверка или возбуждено уголовное дело. Напротив: он жаловался на то, что деятельность Гузгана отчего-то не желают проверять.
Вопросы накапливаются…
Оценка морального ущерба в один лей – это, безусловно, жест символический, но юридически значимый. Он подчёркивает, что для Гузгана речь идёт не о деньгах, а о восстановлении доброго имени.
«Заявления Ренато Усатого являются недоказанными обвинениями, которые серьезно затронули мою профессиональную репутацию, честь и достоинство», — заявляет Гузган.
Если в установленный законом срок требования не будут удовлетворены, инициатор иска намерен перенести разбирательство в судебную инстанцию. Это указывает на то, что у него есть намерение довести дело до логического завершения, а не просто создать информационный шум.
На момент подготовки материала официальной реакции от Ренато Усатого не последовало. Наблюдатели отмечают, что такая молниеносная реакция на публичные обвинения может быть связана с тем, что для политика первого плана и публичной персоны, каким является Гузган, репутационные риски всегда стоят на первом месте.
Стоит отметить, что тема так называемых «call-центров» в последнее время является одной из самых острых в молдавском обществе. Однако публичное обвинение без неопровержимых доказательств в нашей стране может быть квалифицировано как нарушение закона о защите чести и достоинства. Теперь слово за судебной системой.
