У здания Апелляционной палаты Кишинева собрались несколько десятков человек. Родственники, соратники и просто сторонники башкана Гагаузии Евгении Гуцул и активистки Светланы Попан пришли поддержать женщин, чье дело сегодня рассматривает апелляционная инстанция. Многие держат плакаты, женщины — с цветами.
Но главные действующие лица сегодняшнего заседания в зал так и не попали. Евгения Гуцул и Светлана Попан уже несколько месяцев находятся под стражей. Сегодняшнее заседание должно было определить, насколько законным было это решение. Однако, несмотря на неоднократные требования защиты, подсудимых вновь не доставили в суд. Они участвуют в процессе по видеосвязи из мест заключения. Съемка в зале запрещена, поэтому журналисты фиксируют происходящее со слов участников.
Среди тех, кто представляет интересы башкана, сегодня французский адвокат Уильям Жюли. Он специально прилетел в Молдову, чтобы лично участвовать в процессе. Увидеть свою клиентку вживую ему так и не удалось.
«Суд находится в 15 минутах отсюда, — говорит Жюли перед началом заседания. — Евгения Гуцул не представляет риска побега во время перевозки. Я полагаю, что в этой стране, как и везде, есть полиция. А она — женщина ростом 1 метр 50 сантиметров. Не думаю, что она набросится на охранников, везущих её из тюрьмы в суд».
Жюли работает в связке с испанским адвокатом Гонсало Бойе, который приезжал в Молдову ранее. Оценка происходящего у обоих совпадает: процесс с самого начала шел по сценарию, в котором защите отведена роль статиста.
По словам французского адвоката, еще в суде первой инстанции защита заявляла ходатайства о проведении финансовой экспертизы, о допросе свидетелей, о пересмотре меры пресечения. Ни одно из них не было удовлетворено. Причем, как подчеркивает Жюли, судьи не утруждали себя объяснениями причин отказа. Та же картина, по его словам, повторяется и в апелляции.
Особое недоумение у защиты вызывает сам факт заключения под стражу. Женщины не пытались скрываться, не нарушали условий предыдущего домашнего ареста. Логического объяснения их нахождению за решеткой адвокаты не видят.
«Кроме политического давления, нет никаких оснований для этого», — заявляет Уильям Жюли.
Поскольку аргументы не находят отклика в Кишиневе, защита пошла в Страсбург. Недавно они подали жалобу в Европейский суд по правам человека. Жюли дает понять: это не финальная точка, а один из этапов.
Если решение нас не устроит, мы продолжим борьбу на другом уровне — международном, говорит он, оставляя пространство для маневра.
В самом зале суда адвокаты продолжают настаивать на несостоятельности обвинения. Серджиу Морару, коллега Жюли, указывает на абсурдность некоторых «доказательств»: например, в основу приговора легли показания журналистки, которая никогда лично не знала Гуцул и знает о ней исключительно из СМИ. Как такие свидетельства могут подтверждать вину, защита не понимает.
Пока адвокаты работают в зале, у входа в суд ситуацию комментируют те, кто видит в этом деле не просто юридический казус, а политический процесс. Михаил Влах, один из соратников башкана, настроен решительно.
Он напоминает, что международные юристы называют происходящее нонсенсом, и проводит параллели, которые заставляют задуматься о состоянии правосудия в стране.
«Преступников и убийц доставляют в зал суда, а законно избранного башкана — нет, — говорит Влах. — Это позор нынешней власти… Мы будем требовать, чтобы башкан Гагаузии вернулась к семье и домой».
В его словах звучит и более глубокая тревога: арест главы автономии он воспринимает как атаку на статус Гагаузии. По мнению Влаха, власти пытаются не просто изолировать конкретного политика, а обезглавить автономию и поставить под вопрос само ее существование.
Собравшиеся у суда поддерживают его аплодисментами. Многие пришли с детьми — возможно, чтобы те увидели, что их матери, находящиеся сейчас в камерах, не забыты.
Заседание Апелляционной палаты продолжается. Прямая трансляция отсутствует, съемка запрещена. Исход слушаний пока не ясен, но стратегия защиты уже очевидна: если национальная судебная система окажется непроницаемой для доводов, дело уйдет на международный уровень.
