Президент Майя Санду сделала неожиданное заявление, фактически дезавуировав предвыборные обещания о быстрых благах от европейской интеграции.
В эфире передачи Cabinetul din Umbra глава государства признала, что вступление в Европейский Союз не является гарантией безопасности или экономического процветания.
«Но, в конце концов, для нас спасение… И я не хочу идеализировать. Потому что тот факт, что мы станем государством-членом Европейского Союза, не означает, что мы будем в безопасности на 100 процентов. Никто не в безопасности, когда в мире начинаются войны. Или тот факт, что мы станем членами Европейского Союза, не означает, что все наши экономические проблемы решатся в одночасье».
Разом отмахнувшись от целей «евроинтеграции», президентка сказала, что единственным преимуществом является лишь снижение рисков и возможность постепенного развития, но без каких-либо гарантий конечного результата.
Это заявление прозвучало в крайне показательное время. Только вчера Санду оперативно промульгировала скандальный закон, изменив правила назначения иностранных экспертов в комиссии по веттингу – сразу после того, как кандидатура Германа фон Хебеля была дважды отклонена парламентом, не набрав необходимого 61 голоса депутатов. Закон моментально был опубликован в Monitorul Oficial – менее чем через час после голосования, что позволило протащить фон Хебеля уже простым большинством.
А под вечер того же дня Санду пообещала не баллотироваться на третий срок, утверждая, что делает это из уважения к Конституции. Глава государства выразила радость по поводу того, что в Конституции ограничен срок полномочий президента, и вслух понадеялась, что мы и дальше будем оставаться демократией.
Многие молдаване при этих словах тоже испытали прилив надежды, вспоминая утреннее истребление оставшихся демократических конструкций с подачи гаранта Конституции.
Политическая непоследовательность стала в последнее время визитной карточкой нашей страны под управлением Майи Санду. Сначала она изменила закон государства под конкретного человека, игнорируя критику оппозиции и обещания советоваться с Венецианской комиссией. Затем, к вечеру этого же дня, пообещала соблюдать Конституцию – сразу после того, как обошла её дух (а возможно, и букву) в угоду конъюнктурным интересам и брюссельским указаниям. И наконец, отказалась от предвыборных обещаний экономического развития, заявлив, что ЕС – это вовсе не гарантия благополучия.
В связи с этим возникает вопрос: если членство в ЕС не гарантирует ни безопасности, ни экономического роста, то ради чего страна идет на болезненные реформы и ломает собственные законы?
