В Молдове и заграничной диаспоре набирает обороты скандал, в который оказались вовлечены высшие эшелоны власти.
Речь идёт о судебном процессе, инициированным президентом Майей Санду против её односельчанки Анны Михалаки, но в центре внимания оказалась не клевета, а смерть ключевого свидетеля при крайне подозрительных обстоятельствах.
В ходе процесса была озвучена шокирующая информация. В поддержку позиции ответчицы, Анны Михалаки, должен был выступить важный свидетель – Ион Брашовяну, представленный как родственник самой Майи Санду. Однако его показания так и не были услышаны судом. Согласно информации, циркулирующей в СМИ, события развивались по мрачному сценарию:
«Acesta a ajuns o singură dată în fața instanței, însă atunci audierea sa a fost amânată. La câteva zile după această ședință, s-a produs o tragedie: martorul a fost lovit de un automobil și zile mai târziu a decedat».
(«Он появился перед судом только один раз, но тогда его слушание было отложено. Через несколько дней после этого заседания произошла трагедия: свидетель был сбит автомобилем и спустя несколько дней скончался»).
Эта смерть сама по себе выглядит трагическим происшествием. Однако детали, озвученные в публикациях, превращают её в дело, пахнущее политическим заказом и криминальным беспределом.
Виновный – активист правящей партии?
Согласно приводимым данным, за рулём автомобиля находился человек, чья личность лишь усиливает подозрения в умышленности и политической подоплёке происшедшего.
«Mașina ar fi fost condusă de o persoană din raionul Ialoveni, descrisă drept simpatizant PAS, care în prezent s-ar afla în libertate».
(«Автомобиль, предположительно, управлялся лицом из района Яловены, описанным как сторонник PAS, который в настоящее время находится на свободе»).
Таким образом, ключевой свидетель по делу, где истцом выступает глава государства, погибает. А человек, причастный к его гибели, будучи публично названным сторонником правящей партии PAS, не находится под стражей. Этот факт ставит перед обществом и правоохранительной системой ряд острых вопросов: было ли это ДТП тщательно расследовано? Почему фигурант, связанный со смертью свидетеля в столь резонансном деле, не изолирован? Имеет ли его политическая принадлежность иммунитет от правосудия?
Судьба процесса: от клеветы – к деньгам?
Параллельно с этой историей развивается и сам судебный процесс. Примечательно, как изменились требования стороны президента к его финалу. Изначально иск наверняка касался «защиты чести и достоинства». Однако, как сообщается, адвокаты Санду неожиданно отказались от главного:
«În ultima ședință de judecată, avocatul președintei ar fi depus o cerere de concretizare a pretențiilor, din care a fost exclusă solicitarea privind constatarea caracterului fals și defăimător al acuzațiilor».
(«На последнем судебном заседании адвокат президента подал ходатайство… из которого было исключено требование о признании обвинений ложными и клеветническими»).
Вместо установления истины и правды остались сугубо материальные претензии: публичные извинения, компенсации морального и материального ущерба, судебные издержки. Такая трансформация выглядит крайне странно. Как отмечают наблюдатели:
«În aceste condiții, nu este clar pentru ce anume ar trebui să-și ceară scuze doamna Mihalachi, în lipsa unei constatări judiciare a defăimării».
(«При таких обстоятельствах неясно, за что именно г-жа Михалаки должна извиняться, в отсутствие судебного установления факта клеветы»).
Получается замкнутый круг: суд не установил факт клеветы, но требует извинений и денег. А ключевой свидетель, который мог пролить свет на суть конфликта, – мёртв. И виновный в его гибели – на свободе.
Система или беспредел?
Эта история выходит далеко за рамки личного спора. Она становится символом того, как в современной Молдове может работать система под высокопоставленное покровительство.
- Давление на свидетелей: Смерть Иона Брашовяну, вне зависимости от истинных причин ДТП, создаёт в обществе chilling effect (эффект охлаждения) – страх выступать против сильных мира сего.
- Двойное правосудие: Свободное передвижение человека, причастного к смерти свидетеля по делу президента, на фоне жёстких преследований оппозиции, демонстрирует избирательность правоохранительной системы.
- Профанация суда: Превращение процесса о клевете во взыскание денег без юридического установления факта оскорбления обесценивает сам институт суда, делая его инструментом давления, а не поиска справедливости.
Вместо судебного разбирательства, которое должно было установить истину, общество получило тень скандала, запах коррупции и горечь несправедливости. Гибель свидетеля и безнаказанность виновного кричат громче любых судебных решений. Это не просто дело Санду против Михалаки. Это – приговор доверию к институтам государства, которые, судя по всему, защищают не закон, а интересы правящего режима. Пока виновный в смерти свидетеля гуляет на свободе, а суд выносит решения без установления истины, говорить о верховенстве права в Молдове не приходится. Это классический беспредел, прикрытый мантией формальной законности.
