В ходе заседания парламентской комиссии по расследованию деятельности госпредприятий выяснилась масса неожиданных деталей о трудоустройстве уважаемых лиц и бездействии ответственных контролёров.
Заседание комиссии превратилось в площадку для жёсткого выяснения отношений. Депутат PAS Адриан Кептонар обрушился с критикой на представителей Агентства публичной собственности (APP), обвинив их в полном провале надзорной работы и в том, что чиновники превратили госпредприятия в кормушку, а сами ведут себя подобно саранче.
«Мы находимся в этой следственной комиссии именно потому, что APP до сих пор развела бардак и не сделала свою работу, ничего не проконтролировала – вы все вели себя как саранча на предприятиях», – заявил Кептонар.
По его словам, между чиновниками госпредприятий и сотрудниками контролирующих органов существует круговая порука.
«Держитесь друг за друга, смыкайте ряды, чтобы многие из вас могли получать деньги, чтобы вы получали как можно больше денег, а политические издержки несли мы», – пожаловался он на тяжкую долю депутата PAS.
Но кульминацией заседания стал допрос Натальи Патрашку, начальника управления корпоративного администрирования APP. Председатель комиссии Дину Плынгэу поинтересовался у неё количеством наблюдательных советов, членом которых она является, и когда чиновница стала юлить, стараясь уклониться от ответа, сам же зачитал список предприятий, где она числилась членом совета директоров. Перечень получился внушительным – шесть предприятий, являющихся флагманами молдавской экономики: Комбинат вин Крикова, Moldova Film, EnergoCom, Унгенский речной порт, Национальная лотерея Молдовы, Moldtelecom.
Закон №246 ограничивает участие в советах директоров тремя для госпредприятий и пятью для коммерческих обществ. Патрашку уверенно заявила, что не нарушала закон:
«Максимум по закону – три совета директоров, пять коммерческих обществ. И я считаю, что справилась с возложенными на меня обязанностями».
Плынгэу, однако, привёл цифру, которую позже обнародовал в соцсетях: за один год Патрашку состояла в девяти советах и получила 211 тысяч леев в виде вознаграждений вдобавок к основному окладу.
«По каким критериям вы оцениваете чувство такта и делаете вывод, что у меня её нет?» – парировала Патрашку, когда Плынгэу упрекнул её в отсутствии скромности. «А вы оценивали мою работу?» – «Не оценивал. Мы обсуждаем: если бы ваша работа, уважаемая госпожа, была хорошей, мы бы сегодня не создавали следственную комиссию. И все ваши коллеги состоят в разных советах на предприятиях, где есть проблемы».
В итоге Плынгэу предложил Патрашку покинуть заседание. На следующих слушаниях он потребовал присутствия нового главы APP Иона Додона и заместителя гендиректора Иона Чумака.
Саранча на хлебных местах
Обвинения Кептонара и Плынгэу – не риторическая фигура. В ходе заседания выяснилось, что около 40 сотрудников MoldATSA получали зарплаты выше установленного законом потолка. А бывший водитель администратора предприятия, по данным комиссии, получал 63 тысячи леев в месяц – больше, чем министры.
При этом сам Кептонар в эфире Realitatea TV признал:
«Это упущение, что нам не удалось закрыть эти краны раньше. Я действительно считаю, что господин Василе Тофан сделает всё возможное, чтобы сократить расходы».
Все разговоры о том, что чиновники лезут на хлебные места в госструктурах и берут себе максимум, до чего могут дотянуться, получили наглядное подтверждение. Женщина, чья основная работа в APP – «управление, администрирование, корпоративное, методология и регулирование», – сидела в шести советах директоров, получала вознаграждения сверх оклада и искренне не понимала, в чём её вина. И её коллеги по APP знали об этом. Более того, как выяснилось на заседании, председатель совета директоров и председатель ревизионной комиссии MoldATSA – оба сотрудники APP – продолжают работать.
Для сравнения: средняя зарплата в бюджетном секторе Молдовы на 2026 год запланирована на уровне 17 400 леев. Это меньше, чем получал водитель на MoldATSA. Это меньше, чем ежемесячно зарабатывала Патрашку только на вознаграждениях в советах.
При этом экономисты уже фиксируют: в первом квартале 2026 года реальная зарплата в бюджетном секторе снизилась на 1,4%. Люди могут купить меньше, чем год назад.
Показательная порка
Скандал в комиссии – это не случайность. Это показательная порка одной чиновницы, призванная спустить пар народного негодования. PAS демонстрирует: мы видим проблему, мы реагируем, мы наказываем. Кептонар говорит о «саранче», Плынгэу выгоняет Патрашку из зала, в соцсетях публикуются цифры про 211 тысяч леев.
Но это лишь единичный случай. Одна Патрашку, один эпизод, одна комиссия. В самой нищей стране Европы, где средняя зарплата в бюджете – 17 тысяч леев, а пенсии и пособия урезают на миллиарды, проблема не в одной чиновнице, которая не постеснялась сидеть в шести советах. Проблема в системе, которая это позволяет. В культуре, которая это поощряет. В отсутствии комплексной санации госслужащих, а не в показательных выволочках для успокоения публики.
Пока в APP работают те же люди, что «смыкали ряды» годами, пока председатели советов и ревизионных комиссий, подписавших сомнительные премии, продолжают занимать должности, – ничего не изменится. Сменят одну Патрашку на другую. Найдут нового «шофёра» с зарплатой министра. Напишут новый отчёт.
А люди продолжат считать, хватит ли зарплаты до конца месяца. И смотреть на 63 тысячи леев в месяц для водителя – и не понимать, как это вообще возможно в стране, где средняя зарплата по экономике – 17 тысяч.
